Когда тебе 64 и ты с 2022 года в Израиле, как Сергей Лейбград, а творческий багаж больше, чем закрытый в угоду областному правительству под идеологический плацдарм в центре города гипермаркет "Главпродукт", псевдоним уже не нужен.
Состоящая из назначенцев Кремля и участников "СВО", выдавившая из лакун Белого Дома демократов самарская власть, по старой гебешной привычке привыкла повелевать и управлять. Сергей Моисеевич Лейбград, даже в Израиле и даже если печатается на оппозиционных сайтах под псевдонимом от лица вымышленных героев, раздражает власть СВОей бывшей страны как ядовитое зелье, от которого кремлевские черти не имеют антидота. Поэтому именно 7 октября, в день рождения Путина, управление МВД по Самаре объявило в розыск бывшего самарца, гениального поэта Сергея Моисеевича Лейбграда. За чьи грехи?
Упивающаяся СВОими полномочиями власть страны-концлагеря не понимает, что художник даже в эмиграции обязан творить, без правды он не может.
Такой безапелляционный к власти поэт, культуртрегер, правдоискатель, как Лейбград, должен постоянно существовать в политическо-творческом измерении.
Перед эмиграцией в Израиль антисемиты атаковали балкон его квартиры, позволили другие резкие выпады, за которые в цивилизованной стране были бы немедленно дезавуированы. Их очевидная с одобрения силовых ведомств и администрации Президента безнаказанность сформировала у Лейбграда порцию адреналиново-отторгающей рефлексии от Эрефии, сделала его революционный слог более отзывчивым на политическую экспоненту. Поэт не стал молчать. Кричать вслух, имея многочисленную семью, было чрезвычайно опасно. Закрыли "Эхо Москвы в Самаре", работы не было, Лейбград вынужденно эмигрировал из ниоткуда в никуда, в Израиль, живёт на съемной квартире. Сын Яша, успешный видеограф и фотограф, воспоследовал. Яркие программы антипутинского "Разворота", до сих пор переполненные (вплоть до неприязни к пенсии от путинского режима) болью за бегство из Эрефии, у Сергея Моисеевича выходят в пространство Ютьюба из Израиля.
От литературного кружка Лейбграда после его вынужденной эмиграции подобно Серапионовым братьям отвалились примыкавшие к нему до этого в поисках личной выгоды литературные выкормыши. Обнажилась поэтическая связь времени, которую Лейбград наследует у Гумилева, Пастернака, Бродского.
Лейбград в Израиле болезненно воспринимает культурную изоляцию, потому как его литературно-поэтический соавтор, знаменитый профессор-феноменолог, искрометно эрудированный Виталий Лехциер в Самаре. Он не пенсионер, не смог уехать, как Сергей Моисеевич, променять успешность профессорского университетского места на свободу личности.
Не предавая Лейбграда прямо, ученики предали его поэтическую свободу, оставшись в России. Теперь стихи поэтов, ранее заразившихся от Лейбграда очарованием поэзии Айги, Пригова и Рубинштейна, просто продукты тлеющего под программы телеканала "Россия", на котором они выступают, поэтического полураспада. Раньше выходившие с Лейбградом на митинги протеста, теперь они трусливо молчат, боясь вспоминать дружбу с уехавшим в Израиль "живым классиком" и опальным, оппозиционным поэтом.
Лейбград, с его парадоксальным поэтическим свежим взглядом на события, работая на "Эхе Москвы в Самаре" практически как пародист копировал школьного историка Венедиктова. Сергей Моисеевич, раздражаясь, выкидывал из прямого эфира звонивших на радио антисемитов, как Авгиевы конюшни фильтровал программы от упоительно хвалящих Кремль мудаков, на фоне копировальной бумаги поведения Лейбграда как клона Венедиктова, сиял поэтический индивидуализм его личности. Необыкновенно сочные, патетически кричащие слова Лейбграда, который, фактически как Владимир Владимирович Маяковский, на "Эхе Москвы в Самаре" и других редакциях, в которых работал одновременно, взывал к культурной совести самарцев, не были оценены властью кроме первого губернатора послекоммунистической Самары Константина Титова. Говорившего про страницы редактируемого Лейбградом на деньги регионального министерства культуры издания "Цирк Олимп" о его поэтической неповторимости, исключительном таланте, непохожести на других поэтов. Политически желеобразный Титов – советник губернатора Федорищева, сможет повторить эти СВОи слова сейчас, в СВОей стране?
Политически близорукая, ориентированная на бомбежки Украины власть Эрефии неожиданно вспомнила о бывшем соотечественнике уголовным делом, доказав его поэтическую необходимость, сравнимую с горчицей политическую остроту высказываний про ватников из Эрефии.
После воцарения в результате фальсифицированных выборов, монопольного, как показывает история, владельца кремлёвского трона, учебники литературы неоднократно переписывались в угоду Кремля. Из либералов теперь только Солженицын сиротливо, тоскливо, обреченно взирает на соседей по бумажным страницам, на правильных писателей, литературных страстотерпцев от "Единой России", которые учат Родину любить.
В учебниках по литературе новой России будущего Сергей Моисеевич Лейбград будет литературным классиком. Поэтическая неприкаянность Лейбграда будет оценена вместе с ОБЭРИУТами, символистами, футуристами. До самовозбуждения падкий на эксперименты с рифмой, Лейбград в эмиграции продолжает, не оглядываясь на идеологические базисы Эрефии, создавать собственный литературный перформанс, экзистенциально обнажая неприглядность и карикатурность потуг "единороссовских" властей, из-за которых страна с февраля 2022 года балансирует на грани фола.
Неподцензурный кремлевским сатрапам Лев Рубинштейн дружил с Лейбградом, давно и неоднократно советовал ему перебираться из Самары в цивилизованный мир. Лейбград не хотел признать это, боялся потерять поэтический камертон, уехав с Родины. Как оказалось, уехав из Эрефии большому поэту правда о бывшей Родине, изъязвленные недостатки ставшего инструментом в руках преступной власти, одобрившего войну населения видны контрастно. До эмиграции Лейбград доцентствовал в самарских вузах. Завистливые, антисемитски агрессивные коллеги ставили ему в вину "красный" диплом института культуры. Издевательски интересуясь, "как можно преподавать в вузе после бабфака" (название библиотечного факультета). Лейбград преподавал, пытаясь, несмотря на давление, как стахановец, разрушить насаждаемые путинской высшей школой стереотипные догмы, его лекции собирали битком набитые аудитории.
Лейбград для российской демократической интеллигенции давно стал живым русским словом, так опасным для агонизирующей в Валдайском бункере путинской власти. Неизвестна конкретика уголовного обвинения Лейбграда чекистским режимом. Нет сомнения, что творчество Сергея Моисеевича стало абразивом, натиравшим мозг чиновников, раздражавшим не привыкший к болезненной критике политических пороков режим страны-концлагеря.
В Израиле Лейбград много пишет на личной странице в Фейсбуке, отзываясь на события на бывшей Родине, занимается поэтическим производством. О возвращении в Россию в условиях путинского культурного геноцида, после объявления в розыск преступным полицейским режимом не мечтает подавно. Поэзия Лейбграда – лекарство от неуспокоенности для вовлечённых из-за кремлёвских авантюристов в преступную кровавую войну обычных граждан России. Насыщенное как патока творчество Лейбграда незыблемо и нетленно на фоне идеологической бурды официальных писак.
Сергей Моисеевич Лейбград на переднем крае поэтического фронта, рифмой атакует дихотомию упырей из прикормленных Кремлем официальных литературных объединений.
Тель-Авив
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
