Ученые Путина

На старших курсах института в середине 70-х годов я пристрастился к чтению учебника по истории КПСС. Прямо на лекциях – к удивлению, а иногда и опасениям моих сокурсников, случайно обращавших внимание на обложку. Человеку в здравом уме такое в голову прийти не могло. Как говорилось в старом советском анекдоте про непьющего человека: – "Чи больной, чи сука…".

Фишка состояла в том, что это был не тот учебник, по которому учились мы, а лет на 20 старше, не то 1956, не то 1958 года. Поэтому чтение оказывалось исключительно увлекательным. "Оттепельный" учебник не только резко отличался от давно забытого и изъятого из библиотек сталинского "Краткого курса истории ВКП(б)" 1938 года (которым я к тому времени уже обзавелся), но и от наших учебников эпохи развитого застоя.

События вроде бы те же, имена героев тоже, но трактовки, интерпретации и выводы отличались радикально. Что создавало стереоскопическую картину изменений в казенной советской идеологии и позволяло увидеть историю как бы со стороны, понять ее логику. Врали все, но сравнение разного вранья между собой картину проясняло.

Недаром в советское время в библиотеках был закрыт доступ к советской прессе прошлых эпох и проводились регулярные чистки библиотечных фондов. Казенная историография постоянно менялась, и недавные советские книжные и газетные публикации могли в одночасье стать антисоветскими. Чего уж говорить о давних…

Учебник для 11-го выпускного класса российских школ, изданный в августе 2023 года за авторством Владимира Мединского и Анатолия Торкунова интересен именно с этой точки зрения – как мгновенный слепок актуальной российской идеологии. Совсем недавно она была иной и несомненно поменяется завтра или послезавтра. В любом случае Путина она не переживет.

И конечно же, это сочинение никакого отношения к исторической науке, даже школьной, не имеет. Как и оба его официальных автора.

Владимир Мединский и Анатолий Торкунов родом из МГИМО, Московского государственного института международных отношений. Торкунов на 20 лет старше.

Мединский – выпускник факультета международной журналистики 1992 года, Торкунов – факультета международных отношений 1972 года и нынешний ректор МГИМО.

МГИМО, вобравший в себя с момента создания в 1944 году кроме международного факультета МГУ, созданного годом раньше, другие образовательные учреждения, связанные с работой за границей (Московский институт востоковедения и Институт внешней торговли) готовил и готовит специалистов множества направлений, но двух основных профессий – дипломатов и сотрудников спецслужб. При этом граница между ними условная. В советское время любая работа, связанная с пребыванием за границей автоматически означала либо сотрудничество со спецслужбами, либо прямую службу в них, легальную или нелегальную.

Оба автора учебника, судя по биографиям, относятся ко второй категории, к спецслужбам. Торкунов, специалист по Юго-Восточной Азии, через два года после окончания стал помощником ректора МГИМО. Сразу после защиты кандидатской диссертации в 1977 г. ("Становление и развитие военно-бюрократического режима в Южной Корее (1961—1976 гг.)") занимал посты декана по работе с иностранными учащимися и проректора по международным связям. Это в чистом виде спецслужбы, без всякой научной маскировки. На дипломатической службе находился в 1971–1972 годах в КНДР (еще студентом), а затем в 1983–1986 годах в США – в качестве второго, а потом первого секретаря посольства СССР в Вашингтоне. Как правило, последняя должность – прикрытие резидента разведки. Но по данным ТАСС Анатолий Торкунов работал под руководством посла Анатолия Добрынина, отвечал за информацию об азиатской политике США.

С 1992 и по сию пору Торкунов – ректор МГИМО. Торкунов – член общественного совета при ФСБ, а с 2012 – сопредседатель созданного в том же году Российского исторического общества (РИО), которое возглавил Сергей Нарышкин, тогда председатель Госдумы, а с 2016 г. – директор Службы внешней разведки РФ. Общество нахально объявило себя преемником Императорского Русского исторического общества, существовавшего в 1866-1917 годах. Главной задачей РИО стало создание нового единого и идеологически верного учебника истории для школьников, поставленная лично Путиным в начале 2013 года.

В 2015 году под редакцией Сергея Нарышкина и Анатолия Торкунова вышла 15-томная история второй мировой войны под названием "Великая победа" – издание чисто фальсификационное, лживое и пропагандистское.

Мединский был выпущен из МГИМО в качестве журналиста-международника. Эта любопытная профессия – чисто советская специфика. От обычного журналиста советский журналист-международник отличался знанием языков и умением работать за границей в качестве сотрудника спецслужб под прикрытием статуса журналиста. Журналист Мединский перед защитой диплома стажировался в посольстве СССР (РФ) в Вашингтоне. Потом он работал на самых разных должностях в правительственных ведомствах (включая Министерство по налогам и сборам), в 2003–2011 годах – депутат Госдумы и зампред председателя Госдумы. С 2012 по 2020 год – министр культуры РФ. Карьера стремительная.

В 2012 году по указу Путина было создано Российское военно-историческое общество. Его первым председателем стал – и остается по сию пору – Владимир Мединский. Согласно уставу, деятельность общества направлена на "консолидацию сил государства и общества в изучении военно-исторического прошлого России, содействие изучению российской военной истории, противодействие попыткам её искажения, обеспечение популяризации достижений военно-исторической науки, воспитание патриотизма…".

То есть, иными словами, задачи у общества чисто пропагандистские, направленные на фальсификацию истории в нужном правительству смысле. Конечно, никакая это не общественная организация, а государственное ведомство, занятое военной и просоветской пропагандой.

В 1997 году Мединский защитил кандидатскую диссертацию на тему "Современный этап мирового развития и проблемы формирования внешней политики России"". В 2011 году он защитил докторскую диссертацию на тему "Проблемы объективности в освещении российской истории второй половины XV—XVII веков".

Обе диссертации вызвали скандалы.

Анализ "Диссернета", проведенный в 2014 году, показал, что 87 страниц текста кандидатской диссертации Мединского (всего их 134) совпадают с текстом докторской диссертации Сергея Проскурина. Пикантность в том, что обе диссертации были защищены в ноябре 1997 г. (защита Мединского состоялась на две недели раньше), при этом Проскурин был руководителем Мединского. Но о краже Мединским текста Проскурина речь не идет. Анализ характера совпадений, а также грамматических и орфографических ошибок в обеих диссертациях позволил специалистам "Диссернета" предположить, что основой обеих диссертаций послужил некий неизвестный им третий текст, присвоенный обоими учеными по взаимной договоренности.

Еще больший резонанс вызвала докторская диссертация Мединского. В 2016 году группа членов Российской академии наук опубликовала открытое письмо с требованием лишить Мединского научного звания, а утвердивших ее руководителей ВАК отправить в отставку. В этом случае речь шла не столько о плагиате (его тоже хватало), а о профессиональной непригодности Мединского, выразившейся в его собственных текстах.

Авторы письма пишут: "…особое внимание привлекает главный методический принцип, лежащий в основе этой работы: критерием истинности и достоверности исторического труда автор объявляет соответствие "интересам России", право на определение которых он себе присваивает. Презрение к историческим фактам и готовность заменить их мифами, если они отвечают его собственному представлению о национальных интересах, В. Р. Мединский неоднократно и открыто провозглашал своим принципом и в публичных выступлениях… Очевидно, что работы, основанные на таких принципах, стоят за пределами науки, а если претендуют на название научных, то речь идет о лженауке. Целью науки является поиск истины, и попытки заменить ее мифами, из каких бы соображений это ни делалось, подрывают основы научного взгляда на мир".

За семь лет, прошедших с этого скандала, общественная ситуация в России изменилась настолько, что тогдашняя публикация письма академиков РАН в газете "Коммерсант" выглядит каким каким-то чудом, проявлением немыслимой сегодня свободы прессы. Впрочем, эта свобода и тогда была видимостью. Никто научное звание у Мединского не отнял. А сегодня об этом и вспоминать смешно. Вся историческая наука в России под руководством Мединского стремительно превращается, да в значительной части уже превратилась, в лженауку советского образца.

Вся биография Мединского говорит о том, что он кадровый сотрудник спецслужб, специализирующийся по культуре и пропаганде. То есть – мошенник, решающий оперативную задачу, причем на самом высоком уровне.

Учебник истории, о котором идет речь – типичный результат мошенничества, причем лобового и предельно наглого. Тем интереснее анализировать цели, методы и результаты этой операции. Весь учебник написан в полном соответствии с опубликованным в 2017 году чистосердечным признанием Мединского:

"Меня обвиняют в том, что в научной диссертации я необъективен и встал на "позицию интересов своей страны". Но ведь объективных историков не бывает — и Нестор-летописец не был объективен. И уж либералы — они-то точно необъективны. Идеи и мифы — это тоже факты. Достоверного прошлого не существует. И "истинно научных" исторических концепций нет. Всякая история пишется с позиции своего дня. Кто управляет историей, управляет будущим. А значит — исторические труды и события можно рассматривать с "позиции национальных интересов".

Это очень характерное для эпохи Путина простодушие. Предшественники Мединского советской эпохи никогда не признавались в том, что врут. Наоборот, декларировали абсолютную научность своего вранья.

Правда, им было легче. Атмосфера в этом смысле была идеальная. Тех, кто мог бы публично усомниться в научности их вранья, на свободе внутри страны не было. Спорить было не с кем. Впрочем, за прошедших с тех пор годы ситуация приблизилась к идеалу. Как бы ни смеялись над учебником заграничные отщепенцы, преподавать будут во всех российских школах именно по нему. И экзамены по нему сдавать.

А смеяться есть над чем. Плакать – тем более.

Более подробно советско-российскую историографию а ля Мединский мы разберем позже, а пока одно важное наблюдение. Во всем учебнике, в чисто советском духе описывающем последние 45 лет советской истории, слова "диктатура" и "диктатор" применительно к советскому режиму и его вождям не упоминаются вовсе, за исключением вот этой цитаты, где речь идет о смерти Сталина:

"Неоднозначной была реакция в мире. Наряду с сожалением и обычными в таких случаях выражениями скорби простых людей, симпатизировавших Советскому Союзу и его лидеру, многие газеты и журналы проамериканской ориентации именовали умершего вождя тираном, диктатором. Однако чаще всего вспоминали о роли Сталина в победе над Германией и освобождении мира от нацистской угрозы" (с. 60).

Отношение к Сталину и советской власти авторов учебника (и, соответственно, читателей-школьников) тут сомнения не вызывает. Для них он вождь – фигура позитивная. Простые люди во всем мире Советскому Союзу симпатизируют, а по поводу смерти Сталина скорбят. И вспоминают о нем только как о победителе в войне в Германией, а не о диктаторе и массовом убийце. И только проамериканская пресса называет "вождя" тираном и диктатором. По умолчанию предполагается, что таковым он был только в глазах не очень хороших людей, а не в реальности.

Слова "демократия" и "демократизация" упоминаются часто и в самых разных обстоятельствах (от демократизации общества при Хрущеве до "стран народной демократии" или демократического характера советской конституции 1977 г.), но всегда в контексте исключающем противопоставление диктатуры и демократии. Смысл обоих этих терминов должен оставаться школьнику непонятным. По-моему, ради этого, в первую очередь, и писался учебник.

В связи с этим вспомнился один случай, относящийся к 2006 или 2007 году. Я тогда был на одном правозащитном мероприятии, ежегодно организуемом Евангелической Академией в Берлине, с традиционным участием мемориальцев и российских правозащитников. Среди вполне однородной диссидентской публики обнаружилась странная группа совсем молодых людей, русских, явно без удовольствия воспринимавших то, что говорилось со сцены. В кулуарах мы разговорились. Это оказались студенты МГИМО, второй курс, на языковой практике в Германии. Речь зашла о свежем тогда событии – аресте в Грузии четырех эфэсбэшников и ответной антигрузинской компании репрессий, устроенной Путиным в Москве чтобы их вернули.

Ребята сказали, что Путин молодец, так и надо, он же не может своих бросить на произвол судьбы. Моих слов о том, что репрессии против московских грузин были явно незаконными, они просто не поняли. А на слова о том, что в демократическом государстве такой способ разрешения политических конфликтов невозможен, ответили: "Демократия – не единственная форма правления". И очень удивились, услышав в ответ: "Да, не единственная, но единственная достойная". На том и распрощались.

Важно отметить, что было их человек восемь-десять и реагировали все дружно, сплоченно, без колебаний. И понимающе переглядывались. Это были будущие дипломаты и разведчики, сейчас, возможно, уже в полковничьи чинах. В тот момент – студенты Мединского. Я тогда впервые осознал, что Путину всего за несколько лет уже удалось воспитать для собственных нужд несколько студенческих поколений с дикарским правосознанием. И они постепенно занимают низовые вакансии в госаппарате. Хотя внешне все шло еще относительно благополучно. В стране свобода и как бы даже, на первый взгляд, почти демократия….

* * *

Школьный учебник Мединского отмечает расцвет (не начало даже) новой фазы эволюции путинского режима. Когда похабная диктаторская идеология, которой раньше накачивали только добровольцев-студентов, под угрозой репрессий стала обязательной к употреблению всем населением страны.

Что еще хуже, возникает хорошо знакомая по Советскому Союзу ситуация, когда никакие новые исторические изыскания, не могут противоречить базовым установкам школьных учебников. Учебник Мединского-Торкунова вводит ясно видимые цензурные ограничения для всей исторической науки в России, на любом уровне – и школьном, и академическом. То есть, просто ликвидирует ее. Поскольку, подцензурной науки не бывает в принципе.

Дмитрий Хмельницкий

cyprus-daily.news

! Орфография и стилистика автора сохранены