Разгром, не доведенный до конца

При полном согласии с основной частью статьи Александра Скобова, касающейся оценки безумной преступной имперской политики России, в данном случае в Чечне, не соглашусь с отсылкой к событиям осени 1993 года вокруг Верховного Совета как первопричины возвращения России на имперские рельсы. С которых она, в общем-то, как теперь понятно, никогда и не сходила. Так, заехала на пару лет в депо на профилактический ремонт. Наоборот, сам путч 93-го года — это была, в том числе, попытка вывести бронепоед из депо. За 7 лет до Путина.

"Сколь бы реакционным, "красно-коричневым" ни казался хасбулатовский Верховный Совет в 1993 году, но именно он не позволил Ельцину устроить бойню в Чеченской республике уже в 1992 году", — пишет Александр Скобов.

Но он не просто казался реакционным и красно-коричневым, он был им. И не просто был, а перешел к действиям. Александр Руцкой — тогда вице-президент России, если кто забыл — обратился к молодым людям: "Молодежь, боеспособные мужчины! Вот здесь, в левой части, строиться, формировать отряды! И надо сегодня взять штурмом мэрию и Останкино!". А председатель российского парламента Руслан Хасбулатов не просто поддержал Руцкого, но пошел еще дальше: "Я призываю наших доблестных воинов привести сюда войска, танки для того, чтобы штурмом взять Кремль c узурпатором бывшим, преступником Ельциным... Ельцин сегодня же должен быть заключён в "Матросскую Тишину", вся его продажная клика должна быть заключена в подземелье!".

И это были не только слова и призывы. Вооруженные (!) отряды под предводительством генерала Альберта Макашова захватили мэрию, штурмовали Останкино. В какой — самой демократической стране — власть потерпит вооруженные бесчинства? Где-нибудь в Европе, в США? — Риторические вопросы.

Думаю, победи тогда Хасбулатов с компанией, и мало бы не показалось, и не эпоха а-ля Путин наступила бы на 7 лет ранее, а самая матерая сталинщина вернулась бы. С массовыми, а не точечными, как при Путине, репрессиями. Это Ельцин, в то время еще какой-никакой демократ, не стал преследовать поверженных политических противников, но у кого-нибудь есть сомнения, как поступили бы "хасбулатовцы" в случае победы путча?

Я думаю, между событиями 93-го года вокруг Верховного Совета и чеченской кампанией нет причинно-следственной связи. Причина чеченской войны (и последующих, при Путине уже, грузинской, украинской и сирийской) — в неизбывной имперской сути России, этом ее многовековом проклятии. И даже не столько в имперской сути ее властителей, сколько большинства народонаселения. Которому дела не было до геноцида, устроенного сначала Ельциным, потом Путиным в Чечне. А сейчас никого не волнуют тысячи убитых граждан Украины, десятки тысяч убитых сирийцев. Многие даже довольны тем, как Россия избывает "крупнейшую геополитическую катастрофу 20-го века". Что говорить о населении, если даже либерал в России, как известно, заканчивается там, где начинается национальный вопрос. Александр Скобов верно отмечает в своей статье, что антивоенный пафос большинства либералов сводился к тому, что чеченские войны "подвергают опасности жизни наших мальчиков". Лишь очень немногие говорили о том, что "они" заставляют "наших мальчиков" быть карателями и палачами".

Параллели между чеченской войной и октябрьским 93-го года путчем можно усмотреть как раз в том, что путчисты, за 7 лет до Путина, уже были ушиблены геополитической катастрофой, распадом Советского Союза, и вот, таким образом, за 7 лет до Путина, пытались ее избывать. В комментарии к статье Скобова Евгений Ихлов напоминает, что в то время вся хасбулатовская братия уже точила зубы, прицеливаясь к Украине, особенно к "сакральному" Крыму. Я очень хорошо помню регулярные в те времена наезды в Крым российских эмиссаров. В случае победы путчистов мы могли получить вместо чеченской — войну с Украиной. Уже тогда.

"Расстрел парламента", а по существу, разгром вооруженного красно-коричневого путча вовсе не делал неизбежными чеченскую войну и, как считают даже многие либеральные деятели, приход к власти Путина. Наоборот, вина Ельцина в том, что он ограничился только этим, устранив непосредственную угрозу своей власти, а не довел дело до конца, не провел настоящий "Нюрнбергский процесс" над преступным коммунистическим режимом. Что сделало бы невозможным его реставрацию и — что, может быть, еще более важно — появилась бы надежда на преодоление имперского проклятия. В такой стране Владимир Путин вряд ли мог бы вскарабкаться на известные галеры.

Но гримаса истории состоит в том, что Борис Ельцин, в 91-м и 93-м годах противостоявший реваншу "бывших", в 2000-м году добровольно передал власть человеку, который за 18 лет своего правления осуществил серию ползучих переворотов, которые не удались ни ГКЧП, ни компании Руцкого с Хасбулатовым. И не намерен останавливаться на достигнутом.

Вадим Зайдман