Срыв с ограничителей

В августе 2008-го мы увидели как из духа ущемленного национализма (Южная Осетия=Сербия, Австро—Венгрия=Грузия, а Россия — всегда Российская империя — разыгралось как по нотам) родилась Первая мировая война. Сейчас мы видим алгоритм зарождения массового "слепого" террора, символом которого для нашей страны стал Тридцать Седьмой (Тридцать Проклятый) год. Генпрокуратура своим нелегитимным* Заданием от 27.12.2012 г. спустила списки на выявление "иностранных агентов". А затем началось "соцсоревнование", или по другому, "местная инициатива", она же "гонка за показателями".

Прокуроры, убедившись, что тоталитаризм вернулся, вовсю бросились выявлять "врагов народа". Самое главное — в этом ощущении полного отсутствия общественного противодействия (то, что есть — за противодействие не считается). До 1937, или после Сталина, репрессии дозировались. Партия и госбезопасность тщательно следили, что бы репрессии, имеющие необратимый характер (арест или высылка за границу) носили целевой характер и каждая потенциальная жертва могла предвидеть свою судьбу и старалась ее избежать. Допустим, не вести "сомнительных бесед", не встречаться с "сомнительными людьми", не писать "сомнительных книг и статей", словом, не пересекать границ "серой зоны" между советской лояльностью и антисоветчиной. Этот же принцип старались соблюдать и в Третьем Рейхе, и в самом начале якобинского террора. Такая тактика дозированного устрашения применялась, прежде всего, из-за оглядки на общественное мнение, из нежелания размывать границу "правильного поведения".

Но иногда происходит срыв с ограничителей — случайный или намеренный — и репрессии распространялись как газ в вакууме, поскольку каждый ежовский наркомвнуделец или путинский прокурор воображает себя вершителем людских судеб и убежден, что имеет карт-бланш на любые, даже по-нероновски безумные злодеяния.

Последний рекорд глупости и подлости в путинской борьбе с неправительственными организациями — это причисление к "иностранным агентам" НКО "Муравьевский парк устойчивого природопользования", занимающийся изучением и охраной даурских журавлей и дальневосточных аистов в Амурской области. Кстати, о злодеяниях — я уверен, что в глубине души чиновник, причисливший их к иностранным агентам и понимающий, что возможно обрекает на гибель и труд самоотверженных ученых, и птиц, осознает себя злодеем. Может быть, он упивается этим, а может, пьет не просыхая тоскливыми вечерами, грязно матеря во всем виноватых врагов...

Никакого гражданского пафоса в связи с этим нападением на заповедник я индуцировать не предлагаю. Ведь нельзя же считать гражданским пафосом выдох сквозь сжатые губы: "Вешать..."

Напротив, лучше расскажу классический анекдот 1937 года (его приводит Илья Эренбург в своих мемуарах "Люди, годы, жизнь"). "Роза, ты знаешь, взяли Теруэль**! — А жену?"

* Конституция Российской Федерации устанавливает в качестве одного из основополагающих принципов конституционного строя, что: "Законы подлежат официальному опубликованию. Неопубликованные законы не применяются. Любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения" (статья 15, пункт 3). Задание Генеральной прокуратуры РФ, касающегося борьбы с экстремизмом, которое было выпущено 27 декабря 2012 года. Оно затрагивает права граждан на свободу объединений и по смыслу закона, является по своей природе нормативно-правовым актом. Ни Задание ГП РФ от 27.12.2012, ни какой-либо приказ, вводящий его в действие, проверку Минюстом и его регистрацию не проходили, их официальная публикация в "Российской газете" и на ведомственных сайтах и в "Электронном правительстве" не производилась.

** Речь идет о важном стратегическом городе во время Гражданской войны в Испании, за перипетиями которой напряженно следили советские люди

Евгений Ихлов

Livejournal

! Орфография и стилистика автора сохранены